Отношения между Москвой и Вашингтоном становятся все более натянутыми. Госсекретарь США Хилари Клинтон крайне критично высказалась о прошедших выборах в Государственную думу, а кризис, связанный со строительством у границ России новой системы противоракетной обороны продолжает набирать обороты.

О том, что новой "холодной войны" не будет, несмотря на то, что Россия вряд ли сможет помешать созданию ЕвроПРО, в интервью "Росбалту" рассказал руководитель отдела Восточной Европы, главный редактор русской редакции Deutsche Welle (Германия) Инго Маннтойфель.


— Почему, по вашему мнению, Дмитрий Медведев так резко отреагировал на создание европейской ПРО? И как к его заявлениям отнеслись в Европе?

— Жесткие заявления президента Медведева являются признаком российской беспомощности в отношении планов по размещению противоракетной обороны в Европе, которые продвигают США. Если Вашингтон решит достроить ЕвроПРО, то Россия вряд ли сможет как-то на это повлиять.

Центральная проблема здесь в том, как стороны воспринимают друг друга. США и НАТО с завидной постоянностью заявляют, что европейская система противоракетной обороны не направлена против России, а должна защищать членов альянса от государств-изгоев или ядерных террористов. Но Россия не верит этим заявлениям или, как минимум, хочет ограничить возможности этой системы — либо через совместное управление с НАТО, либо через ограничение ее размаха с помощью юридических гарантий. Но США и НАТО в последнее время ужесточили свою позицию, дав понять, что они не будут управлять системой на равных с Россией и что они не готовы подписывать каких-либо юридически обязывающие документы. Причиной этому, на мой взгляд, является не то, что кто-то собирается вести антироссийскую политику. Дело в том, что существует просто определенное недоверие к России как к надежному партнеру. Я полностью понимаю, что в России это воспринимается совсем по-другому. Именно это обоюдное недоверие и делает процесс переговоров замкнутым кругом.

В Европе на слова Медведева отреагировали по-разному. У меня такое впечатление, что некоторые европейские страны понимают реакцию России, чего нельзя сказать о США. Но как только из Кремля доносятся такие резкие заявления, то недоверие европейцев к России сразу начинает расти, несмотря на понимание. Слова Медведева прекрасно вписываются в имидж России времен "холодной войны".

— Что Вы думаете о ЕвроПРО? Считаете ли вы обоснованными опасения России, что эта система направлена против нее, а не против Ирана?

— Я считаю, что у США и НАТО есть полное право защищать себя от потенциальных угроз. Сюда относится с моей точки зрения не Россия, а те страны или группировки, которые уже сейчас или в будущем смогут представлять собой ядерную угрозу. И я считаю, что России пора сформулировать продуманную политику в отношении ЕвроПРО и государств-изгоев типа Ирана. Эти две темы тесно связаны друг с другом. России надо понять, что она не может выступать против ПРО в Европе и, в то же время, давать понять, что она не до конца поддерживает США и Европу против Ирана с ядерной бомбой в арсенале.

— США и Россия, вроде как, находились на этапе "перезагрузки" и должны были обсуждать все проблемные вопросы в рамках совместных комиссий. Как вышло, что градус российско-американских отношений снова опустился до столь низкой отметки?

— Во-первых, и в России, и в США началась предвыборная кампания. Медведев хотел показать, что он вовсе не "голубь", как считают некоторые. А президенту Обаме приходилось нелегко под огнем критики: его оппоненты заявляли, что политика перезагрузки в отношении России не принесла американской внешней политике ровным счетом ничего. Нежелание России поддержать новые санкции в отношении Ирана в последние недели прекрасно продемонстрировали, что одна из важных предпосылок "перезагрузки" не сработала. Я думаю, что администрация Обамы ожидала, что Россия продемонстрирует США больше поддержки в отношении Ирана.

Во-вторых, и это, наверное, самое главное, у России и США на данный момент различные стратегические перспективы. У меня такое ощущение, что Россия подходит к своим отношениям с США и НАТО через старую призму отношений между равными сверхдержавами, находящимся в противостоянии. Соответственно Россия автоматически делает вывод о том, что американская система противоракетной обороны будет ей угрожать. Хотя планируемая система не сможет защитить США или Европу против огромного российского ядерного арсенала, она сможет защитить, если вообще сработает, разве что от нескольких ракет. В отличие от России, США и НАТО перешагнули через прошлое и не считают, что Москва им угрожает. Они видят угрозу в безответственных государствах-изгоях и ядерных террористах. Для США отношения с Россией не являются самоцелью, они являются ключом к решению других вызовов и угроз, присущих современной американской глобальной политике. До тех пор, пока США, НАТО и Россия не воспринимают одинаково угрозы, они будут продолжать относиться друг к другу с подозрением.

— Как вы думаете, сдержит ли Дмитрий Медведев обещание выйти из СНВ? Станет ли это концом "перезагрузки" и началом новой "холодной войны"?

— Если Россия выйдет из СНВ, то это, конечно, станет концом "перезагрузки". Но новой "холодной войны" не будет. Я думаю, что это будут прохладные отношения, но ни Россия, ни США не заинтересованы в полномасштабной конфронтации. Однако мне не хотелось бы в деталях рассуждать на эту тему, потому что я не считаю, что Россия выйдет из СНВ. Во-первых, я полагаю, что Кремль не хочет способствовать своей дальнейшей изоляции на мировой политической арене. Во-вторых, Россия не выйдет из СНВ, потому что ей этот договор нужнее, чем Америке.

России в любом случае надо сокращать свой ядерный потенциал в связи с финансовыми и экономическими причинами или, точнее, ей нужно заменить большое количество старых боеголовок небольшим количеством более современных ракет и ядерных бомб. Так что России было бы невыгодно снижать свой ядерный потенциал в одиночку.


Беседовала Юлия Нетесова, Росбалт