Ожидания последних десяти лет, что находящиеся на берегу Черного моря государства последуют примеру балканского региона и сформируются в содружество безопасности, не оправдались. Надежду, связанную с действенной и основанной на балансе сотрудничества и конфликтов стабильной геостратегической структурой, сменила ощущение застоя. 

Аналитики и политики, несмотря на то, что осознавали многообразие проблем (которые по количеству и утонченности превышают балканские) черноморского региона, надеялись, что демократия и стабильность продолжит марш на восток. Спустя двадцать лет с мировых тектонических геополитических перемен западное побережье черноморского региона проявляет признаки прогресса, тогда как на востоке наметилась стагнация. Румыния и Болгария являются членами НАТО и Евросоюза. Молдова, Украина и Грузия колеблются между разными видениями будущего. Россия принялась за осуществление проекта "суверенной" или "управляемой" демократии (с непрогнозируемыми результатами). Турция проводит эксперименты, связанные со строительством полусекулярного мусульманского демократичного общества, и безрезультатно сотрудничает с Евросоюзом, к которому она стремится по сегодняшний день.

В течение последнего времени в регионе Черного моря произошли серьезные события. Первым делом, терроризм Северного Кавказа в очередной раз проявил его деструктивный потенциал. Экспорт пшеницы из стран черноморского региона, по большей части из России и Украины в августе взлетел до 40%, тогда как объем урожая пшеницы Евросоюза (20% мировой продукции) в текущем году упал, поскольку летняя засуха уменьшила урожай в Польше и Франции. Мир отметил третью годовщину российской войны против Грузии. Турция и Румыния согласились разделить инсталляцию радара в рамках антиракетной баллистической (ABM) системы США/НАТО. Румыния пошла еще дальше, согласившись также и на размещение частей ABM на собственной территории. Тем временем, Москва и Вашингтон готовятся к решающим переговорам по своим стратегическим отношениям, ключевым компонентом которого является антиракетная оборона.

Все это-индикатор стратегического значения черноморского региона, и это не изменилось в последние годы. Однако изменилось то, что со стороны ведущих западных государств и институтов интерес к нему ослаб. Этому содействуют разные факторы.

Подъем России в период президентства Путина и Медведева драматически изменил роль Москвы в черноморском регионе. Благодаря энергетическим рычагам и военному представительству Россия отметила регион, как сферу своего влияния. В знак растущей самоуверенности Россия подчеркнула свой ядерный стратегический приоритет в новом соглашении START с Соединенными Штатами, который заработал в 2011 году. Касательно Черного моря, Москва старается не допускать в этот геополитически чувствительный евразийский коридор иных центров власти.

Соединенные Штаты гораздо больше вовлечены в процессы, протекающие в разных частях мира, и на данном этапе черноморское побережье для них является менее приоритетным. Вашингтон доволен военными базами США- Болгарии, и США-Румынии (которые необходимы для борьбы с терроризмом), и готов к сотрудничеству с Россией на Черном море, так как осознает ведающуюся роль Москвы в энергетическом поле этой части мира. Визит последнего времени американского посла в Болгарии на завод российского гиганта "Лукойл" в Бургасе можно воспринять, как формальное признание энергетического монополиста в черноморском бассейне. На самом деле есть ощущение, что между этими двумя ядерными сверхдержавами состоялся комфортный компромисс в черноморском регионе, что может отложить на неопределенное время любую социальную или политическую вестернизацию находящихся на его восточном побережье стран.

Правда, у Евросоюза есть несколько стратегий в отношении своих восточных партнеров, однако в этих стратегиях часто не предусмотрены отличительные культура и ценности некоторых государств, не являющихся членами Евросоюза. Следовательно, несмотря на множество подходов, инструментов и соглашений, Евросоюз не позиционирует твердо в регионе Черного моря. Более того, по причине внутренних финансовых движений еврозоны все главное внимание на сегодня направлено далеко от этих трех соседей Евросоюза.

У НАТО аналогичного типа проблемы, однако, членство Турции, Румынии и Болгарии (также амбиции членства Грузии, и в меньшей мере Украины) обеспечивают Альянсу значительное влияние. Тем временем, Россия в большей степени чувствительна к росту влияния Альянса, нежели Евросоюза в регионе Черного моря. Она прилагает все усилия, чтобы использовать конвенцию Монтро 1936 года с тем, чтобы не допустить передвижение военных кораблей нечерноморских стран в турецких проливах, и одновременно воодушевляет Турцию оставаться единственным ведущим государством на прилегающей территории. Москва и Анкара участвуют в целом ряде двухсторонних проектов - отношения, обеспечивающие влияние двух этих стран в регионе.

И, наконец, ближневосточные революции, и рост напряженности в отношениях между Израилем и Турцией в течение минувшего года способствовали изменению геостратегических приоритетов. Внимание к черноморскому региону уже не столь сильное, как было некогда: Северная Африка и восточное средиземноморье тоже являются тылом Евросоюза и НАТО. Соединенные Штаты и Россия решили, что они должны сконцентрироваться на существенных политических изменениях и сдвигах, вызванных арабской весной.

Из-за всех этих факторов компромиссом является повестка дня всего черноморского региона и за исключением членов Евросоюза и НАТО, результатом является социальная и политическая стагнация. Борьба против терроризма остается той особо выдающейся проблемой, по которой желание сотрудничества стороны проявляют по сегодняшний день. Тем временем, урегулирование сепаратистских конфликтов, борьба с транснациональной организованной преступностью, и оказание сопротивления такой опасности, какой являлась российская интервенция 8 августа 2008 года, остается проблемой всего региона.идания последних десяти лет, что находящиеся на берегу Черного моря государства последуют примеру балканского региона и сформируются в содружество безопасности, не оправдались. Надежду, связанную с действенной и основанной на балансе сотрудничества и конфликтов стабильной геостратегической структурой, сменила ощущение застоя.

Аналитики и политики, несмотря на то, что осознавали многообразие проблем (которые по количеству и утонченности превышают балканские) черноморского региона, надеялись, что демократия и стабильность продолжит марш на восток. Спустя двадцать лет с мировых тектонических геополитических перемен западное побережье черноморского региона проявляет признаки прогресса, тогда как на востоке наметилась стагнация. Румыния и Болгария являются членами НАТО и Евросоюза. Молдова, Украина и Грузия колеблются между разными видениями будущего. Россия принялась за осуществление проекта "суверенной" или "управляемой" демократии (с непрогнозируемыми результатами). Турция проводит эксперименты, связанные со строительством полусекулярного мусульманского демократичного общества, и безрезультатно сотрудничает с Евросоюзом, к которому она стремится по сегодняшний день.

В течение последнего времени в регионе Черного моря произошли серьезные события. Первым делом, терроризм Северного Кавказа в очередной раз проявил его деструктивный потенциал. Экспорт пшеницы из стран черноморского региона, по большей части из России и Украины в августе взлетел до 40%, тогда как объем урожая пшеницы Евросоюза (20% мировой продукции) в текущем году упал, поскольку летняя засуха уменьшила урожай в Польше и Франции. Мир отметил третью годовщину российской войны против Грузии. Турция и Румыния согласились разделить инсталляцию радара в рамках антиракетной баллистической (ABM) системы США/НАТО. Румыния пошла еще дальше, согласившись также и на размещение частей ABM на собственной территории. Тем временем, Москва и Вашингтон готовятся к решающим переговорам по своим стратегическим отношениям, ключевым компонентом которого является антиракетная оборона.

Все это-индикатор стратегического значения черноморского региона, и это не изменилось в последние годы. Однако изменилось то, что со стороны ведущих западных государств и институтов интерес к нему ослаб. Этому содействуют разные факторы.

Подъем России в период президентства Путина и Медведева драматически изменил роль Москвы в черноморском регионе. Благодаря энергетическим рычагам и военному представительству Россия отметила регион, как сферу своего влияния. В знак растущей самоуверенности Россия подчеркнула свой ядерный стратегический приоритет в новом соглашении START с Соединенными Штатами, который заработал в 2011 году. Касательно Черного моря, Москва старается не допускать в этот геополитически чувствительный евразийский коридор иных центров власти.

Соединенные Штаты гораздо больше вовлечены в процессы, протекающие в разных частях мира, и на данном этапе черноморское побережье для них является менее приоритетным. Вашингтон доволен военными базами США- Болгарии, и США-Румынии (которые необходимы для борьбы с терроризмом), и готов к сотрудничеству с Россией на Черном море, так как осознает ведающуюся роль Москвы в энергетическом поле этой части мира. Визит последнего времени американского посла в Болгарии на завод российского гиганта "Лукойл" в Бургасе можно воспринять, как формальное признание энергетического монополиста в черноморском бассейне. На самом деле есть ощущение, что между этими двумя ядерными сверхдержавами состоялся комфортный компромисс в черноморском регионе, что может отложить на неопределенное время любую социальную или политическую вестернизацию находящихся на его восточном побережье стран.

Правда, у Евросоюза есть несколько стратегий в отношении своих восточных партнеров, однако в этих стратегиях часто не предусмотрены отличительные культура и ценности некоторых государств, не являющихся членами Евросоюза. Следовательно, несмотря на множество подходов, инструментов и соглашений, Евросоюз не позиционирует твердо в регионе Черного моря. Более того, по причине внутренних финансовых движений еврозоны все главное внимание на сегодня направлено далеко от этих трех соседей Евросоюза.

У НАТО аналогичного типа проблемы, однако, членство Турции, Румынии и Болгарии (также амбиции членства Грузии, и в меньшей мере Украины) обеспечивают Альянсу значительное влияние. Тем временем, Россия в большей степени чувствительна к росту влияния Альянса, нежели Евросоюза в регионе Черного моря. Она прилагает все усилия, чтобы использовать конвенцию Монтро 1936 года с тем, чтобы не допустить передвижение военных кораблей нечерноморских стран в турецких проливах, и одновременно воодушевляет Турцию оставаться единственным ведущим государством на прилегающей территории. Москва и Анкара участвуют в целом ряде двухсторонних проектов - отношения, обеспечивающие влияние двух этих стран в регионе.

И, наконец, ближневосточные революции, и рост напряженности в отношениях между Израилем и Турцией в течение минувшего года способствовали изменению геостратегических приоритетов. Внимание к черноморскому региону уже не столь сильное, как было некогда: Северная Африка и восточное средиземноморье тоже являются тылом Евросоюза и НАТО. Соединенные Штаты и Россия решили, что они должны сконцентрироваться на существенных политических изменениях и сдвигах, вызванных арабской весной.

Из-за всех этих факторов компромиссом является повестка дня всего черноморского региона и за исключением членов Евросоюза и НАТО, результатом является социальная и политическая стагнация. Борьба против терроризма остается той особо выдающейся проблемой, по которой желание сотрудничества стороны проявляют по сегодняшний день. Тем временем, урегулирование сепаратистских конфликтов, борьба с транснациональной организованной преступностью, и оказание сопротивления такой опасности, какой являлась российская интервенция 8 августа 2008 года, остается проблемой всего региона.

 
 Пламен Пантев, “ISN”