Участники конференции ООН по климату 11 декабря договорились о продлении срока действия Киотского протокола. В частности, согласно решению, срок действия первого периода Киотского протокола, истекающего в 2012 году, продлевается на пять лет. Кроме того, на конференции, проходившей в южноафриканском Дурбане, был принят план будущего документа, который обяжет все страны, а не только лишь промышленно развитые, сокращать объемы выбросов парниковых газов. Новый документ планируют принять в 2015 году, а в силу он должен вступить к 2020 году.

Сторонники правил, установленных Киотским протоколом, смело могут считать данное решение победой, ведь ранее переговоры об условиях и сроках продления действия этого документа не раз заканчивались провалом. Так, США, не ратифицировавшие первую версию договора, заявили, что подпишут новую лишь при условии, что все страны, в том числе и развивающиеся, установят четкие ограничения объема выбросов. При этом в настоящее время не установлены ограничений для ведущих промышленных держав развивающегося мира - Китая, Индии и Бразилии.

Как известно, Украина весьма активно использует возможности, которые ей дает Киотский протокол. В то же время, в этом использовании наблюдается очень большая странность.

Так, осенью 2011 года украинские и российские СМИ облетела весть: как минимум до конца 2011 г Украина не сможет продавать квоты на выбросы парниковых газов по Киотскому протоколу. По информации Национального экологического центра (НЭЦ), запрет связан с недостаточной прозрачностью системы учета выбросов. В частности, согласно сообщению НЭЦ, данное решение принял Комитет исполнения обязательств Рамочной конвенции ООН по изменению климата, отметив, что Национальный кадастр антропогенных выбросов на Украине не отвечает международным требованиям. «В отчете экспертов ООН были представлены основные замечания к украинским кадастрам: недостаточная прозрачность системы учета выбросов парниковых газов, пробелы в учете выбросов в сфере лесного хозяйства и землепользования, отсутствие энергетического баланса Украины», – говорится в сообщении. По ряду источников выбросов отсутствуют некоторые конфиденциальные данные, заявили в НЭЦ, и добавили, что, по мнению экспертов ООН, национальная система учета выбросов и поглощения парниковых газов недостаточно прозрачна, последовательна, полна и точна, как того требуют международные правила.

Данное сообщение получило резонанс, что было вызвано прежде всего политизацией в Украине самой темы Киотского протокола и участия в нем Киева (как известно, в конце 2010 года Главное следственное управление Генеральной прокуратуры Украины возбудило уголовное дело против экс-премьера страны, лидера оппозиционной партии «Батькивщина» Юлии Тимошенко за растрату средств, выделенных в рамках Киотского протокола). Однако интересно и то, что сразу после распространения информации НЭЦ о якобы имеющем место временном запрете Украине на торговлю квотами по Киотскому протоколу, с опровержением этой информации выступило Государственное агентство экологических инвестиций Украины. В частности, в Госагентстве заявили, что на механизм продажи Киевом квот на парниковые газы продолжает действовать.

На протяжении сентября-декабря этого года несколько раз, согласно раздуваемому ажиотажу в СМИ, для Украины то «закрывали» торговлю квотами, то «открывали» вновь. В любом случае стало ясным, что по Киотскому протоколу к Украине от ООН все же есть серьезные вопросы. И эти вопросы связаны уж никак не с внутренней политикой, а с недостатками в бюрократической системе, не позволяющими обеспечить прозрачность и требуемую отчетность по выбросам парниковых газов.

Напомним: Киотский протокол Рамочной конвенции ООН об изменении климата (UNFCCC), вступивший в силу в 2005 году, содержит количественные обязательства развитых стран по сокращению выбросов парниковых газов. Протокол предусматривает два проектных механизма сокращения выбросов, контроль единиц установленного количества (AAU) и единиц сокращения выбросов (ERU), а также международную торговлю квотами. Для участия в этих механизмах стороны должны представлять ежегодную отчетность по правилам, определенным международным соглашением.

На первом этапе реализации Киотского протокола, с 2008 до декабря 2012 г, количество выбросов парниковых газов должно уменьшиться на 5% от уровня 1990 г. Однако, когда Протокол только готовился к введению в действие, предусматривалось, что уменьшать выбросы должны были только 39 промышленно развитых стран и стран с переходной экономикой, в том числе Украина (интересно, что развивающихся стран, в т.ч. промышленных «монстров» в лице Китая и Индии, обязательства по сокращению выбросов на момент подготовки Киотского протокола не касались). Согласно Протоколу, страны-участницы могут совместно осуществлять проекты по снижению выбросов парниковых газов в атмосферу на территории одной из стран, а затем, в зависимости от полученного эффекта, передавать друг другу полученные единицы ERU, - эти схемы именуются «Механизмом совместного осуществления» (Joint Implementation, JI), и касаются в основном пар «развитая страна – страна с переходной экономикой». Реализация их возможна, например, в таком формате: развитая страна обеспечивает оснащение предприятий страны с переходной экономикой (где промышленность, понятно, менее развита) фильтро-очистительным, энергосберегающим и пр. оборудованием, а взамен получает дополнительные квоты на выброс парниковых газов. Кроме того, возможна прямая торговля квотами.

Когда в феврале 2004 г Верховная Рада Украины ратифицировала Киотский протокол, перед страной встала проблема создания Национального реестра учета количества выбросов парниковых газов, - механизма, без которого торговля квотами недопустима. Суть данной схемы в том, что каждая страна-участница Киотского протокола имеет квоту на выброс газов, и если промышленность на загрязняет атмосферу до установленного уровня, то имеющуюся разницу можно продавать другим странам. Соответственно, чтобы установить эту самую разницу, страна должна четко отчитаться по количеству газов, которые она выбрасывает в атмосферу. В то же время, украинские предприятия на момент ратификации Киевом Протокола просто не имели системы учета выбросов парниковых газов, поскольку это не было предусмотрено украинским законодательством.

Вместе с тем, Киев изначально возлагал большие надежды на Киотский протокол как на способ неплохого заработка, - в правительстве и парламенте говорили о грядущих многомиллиардных доходах. Эксперты заикались и о том, что для страны открываются неплохие возможности получения в рамках документа современных энергосберегающих технологий и осуществления мощных инвестиционных проектов с привлечением западных инвесторов, что позволило бы отечественной промышленности выйти на новый качественный уровень и фактически ее модернизировать. Но в реальности столь хитроумные схемы у украинской власти не вызывали и не вызывают особого интереса, - ставка делается на всем понятный формат «купи-продай», т.е. прямую торговлю квотами.

Что касается последней, то для Украины Протоколом декларируется требование сохранить среднегодовые выбросы в 2008—2012 годах на уровне 1990 года. В то время, как на момент введения в действие документа, например, Россия по сравнению с 1990 годом за счет снижения промышленной активности после развала СССР уменьшила выбросы на 30%, а Украина – и того более. То есть, торговать было чем.

В то же время, в отличие от Киева, Москва не пошла по пути прямой торговли квотами. В РФ долго присматривались к открывающимся возможностям, и только в 2006 году начали на теоретическом уровне рассматривать возможные схемы, - по крайней мере, такое задание от правительства России получили Министерство экономического развития и торговли РФ вместе с другими федеральными органами власти.

Позже Россия заявила, что в рамках Киотского протокола не будет получать напрямую деньги от продажи квот на выбросы парниковых газов, а средства, полученные на углеродном рынке, будут инвестироваться в проекты по повышению энергоэффективности. «В том виде, в котором это представляют: продали квоты - получили деньги, такого не будет. Схема, отработка которой сейчас завершается, предусматривает участие денег, полученных от продажи квот, в инвестиционных проектах, которые дадут реальное сокращение выбросов», - комментировал ситуацию советник президента РФ по вопросам климата Александр Бедрицкий. На тот момент к рассматриваемым схемам инвестиционных проектов был привлечен, помимо Минэкономразвития, и Сбербанк России.

Подобные схемы, правда, открывают широкое поле для коррупционных деяний чиновников, но это уже - проблема иного порядка. Да и как мы видим на примере Украины, иные схемы тоже не предохраняет от коррупции, коль держава прогнила насквозь.

Как бы там ни было, только год назад, осенью 2010 года Россия присоединилась к Механизму совместного осуществления, который является одним из инструментов гибкого регулирования выбросов парниковых газов, предусмотренных шестой статьей Киотского протокола. В частности, был одобрен первый российский JI-проект  строительства нового энергоблока на Шатурской ГРЭС. Новый энергоблок на базе парогазовой установки мощностью 400 мегаватт установят к концу 2012 г. и это позволит снизить  выбросы на 1,1 млн. тонн диоксида углерода. Партнером россиян по этому и другим проектам выступила немецкая компания  E.ON Carbon Sourcing, которая также входит в состав энергетического концерна EON и отвечает за полный цикл развития проектов совместного осуществления.

В Украине в то же время происходили несколько иные события. В марте 2009 года Украина договорилась о продаже Японии 30 млн единиц установленного количества выбросов парниковых газов, и уже в апреле украинское правительство заявило о привлечении Украиной 3 млрд гривен (375 млн долларов) от этой продажи (как раз не совсем понятная судьба этих денег и стала причиной разбирательства Генпрокуратуры против Тимошенко). Впрочем, с приходом в Украине новой власти ситуация особо не изменилась, - главной задачей было определено выяснить, куда делись деньги по Киотскому протоколу, однако об изменении формата участия в самом Протоколе речь не шла и не идет. То есть, Украина по-прежнему ставит на первое место прямую торговлю квотами.

Разница в подходах Киева и Москвы – колоссальна. Понятно, что внедрение сложных инвестиционных схем в виде JI-проектов в рамках Киотского протокола, как это происходит в России, открывают широкие возможности для коррупционной деятельности государственных чиновников, но этому противостоять - уже задача государства. В то время как, с другой стороны, при всех проблемах строятся конкретные новые промышленные и энергетические объекты, внедряются современные западные технологии, модернизируется производство, и все это – при минимальных затратах державы. Это – именно та эффективная реализация возможностей для страны, которые дает Киотский протокол. В то время, как Украина «берет» от Протокола только живые деньги, которые, по давней традиции, неизвестно куда деваются.

Но, как видим, даже просто торговать квотами у Киева не очень-то и получается. Истории с временным запретом для Украины на продажу квот (или даже просто рассмотрение этого вопроса в ООН) – яркое тому подтверждение. И в данной ситуации, очевидно, важен вопрос даже не о том, сможет ли Украина наладить нормальную систему учета выбросов. А о том, когда наконец Украина перейдет от «базарного формата» торговли квотами к привлечению мощных инвестиционных проектов, которые способны дать развитию украинской экономики мощный толчок.