Музеи Украины вторую неделю будоражат состоявшиеся и грядущие увольнения директоров наиболее знаковых учреждений.

Во вторник, 31 января министр культуры Украины Михаил Кулиняк провел брифинг для СМИ. Формально мероприятие было приурочено к расширенному заседанию коллегии Минкульта, т.е., на нем должен был рассматриваться широкий спектр вопросов.

Однако, как и ожидалось, львиная доля времени была посвящена обсуждению мутных кадровых решений прошлой недели, в эпицентре которых оказались руководители наиболее знаковых музеев и заповедников страны.

Хочу поделиться субъективными впечатлениями от услышанного. Впечатления эти – лично мои и не являются позицией Украинского центра развития музейного дела.

Во-первых, я видел множество брифингов чиновников и политиков. Но еще ни разу не видел такого беспомощного министра, который не сумел толком ответить ни на один вопрос, а большая часть его речи свелась к неудачным попыткам оправдаться. Настолько неудачным, что журналисты, коих собралось полсотни, несколько раз неприкрыто хихикали после очередной реплики Михаила Андреевича. Возможно, министра плохо подготовили подчиненные из департамента культурного наследия, которые просто обязаны были сделать ему «шпаргалку».

Во-вторых, я впервые столкнулся с публичным объяснением необычайно странной кадровой диспозиции. Касается она генерального директора Национального заповедника «София Киевская» Нели Куковальской.

По словам министра, деятельность заповедника проверила межведомственная комиссия, зафиксировавшая ряд нарушений в работе Куковальской, причем, не в финансовой части, а в музейной и памятникоохранной. Эта комиссия рекомендовала признать работу директора неудовлетворительной. Неля Михайловна была вызвана на заседание комиссии для дачи пояснений, но не явилась, вместо этого взяла больничный. После чего министр подписал приказ о досрочном расторжении контракта. Уже названа кандидатура нового директора заповедника – Софию Киевскую должна возглавить директор Института памятникоохранных исследований Елена Сердюк.

Однако Куковальская решила бороться, ее поддержал коллектив и общественность. В итоге министр на брифинге озвучил следующую схему: если Неля Михайловна после выздоровления придет в министерство и сумеет адекватно ответить на претензии, которые ей предъявляет комиссия, то приказ об увольнении будет отменен.

У меня одного возникает ощущение, что это как-то странно? Если действительно имели место настолько существенные нарушения, что принято решение уволить директора, значит надо доводить дело до конца. Если же это такие нарушения, которые можно объяснить, то зачем тогда весь этот балаган с увольнением? Представьте на секунду, как будет выглядеть Кулиняк, если ему придется отменять приказ, ставший достоянием общественности?

На самом деле, логично предположить, что в конце недели включились некие силы, после чего министру сделали внушение за внеплановый скандал и велели разрулить ситуацию. Именно поэтому для Куковальской обозначен путь назад, а увольнение директора НХМУ Анатолия Мельника «УЖЕ не подтверждается», как удачно написала «Украина молода».

В общем, минкульт и лично министр очень крупно подставились, причем, совсем не по делу. Своими действиями они вызвали «синдром неприятия нового», как назвал происходящее сам Кулиняк. Ситуация же могла развиваться совсем по-другому, если бы инициаторы, идейные вдохновители и непосредственные исполнители решений о кадровых ротациях хоть немного задумались о том, к чему это приведет.

На брифинге министр в своей речи допустил несколько логических вольностей, которые напрочь подорвали доверие к его словам и действиям власти в целом. В частности, Михаил Кулиняк смешал два вопроса: 1) персональную ответственность руководителей учреждений системы минкульта за выполнение своих обязанностей; 2) необходимость реформирования музейной сферы и сферы охраны памятников.

По первому вопросу Михаил Андреевич правдоподобно поведал, что:

1)      минкульт обязан контролировать деятельность учреждений, которые финансируются из бюджета;

2)      министерство осуществило анализ работы национальных музеев и заповедников; причем такую оценку давала специальная комиссия;

3)      по итогам проверок работа нескольких директоров была признана неудовлетворительной и к ним применили санкцию в виде увольнения;

4)      министр принял решение и взял на себя ответственность за кадровые назначения;

5)      дайте время, затем сможете предъявлять претензии, если люди не справятся.

Это можно было бы принять всерьез, но помимо указанного министр пояснил:

1)      музейная отрасль и заповедники, да и вся культура в целом нуждаются в омоложении руководящих кадров;

2)      минкульт совместно с Национальным институтом стратегических исследований готовит (не подготовил, а именно готовит) стратегию реформирования сферы национального наследия;

3)      от руководителей требуются другие качества и знания, должны прийти менеджеры, которые повысят качество управления;

4)      указанные увольнения / назначения увязаны с грядущей стратегией.

И вот здесь начинаются нестыковки.

Если бы, условно говоря, летом прошлого года министерство представило некую стратегию, обозначило цели реформирования, показало прозрачные критерии, которым должны соответствовать новые руководители, затем провело проверки, выявило тех, кто не справляется, а после этого назначила молодых менеджеров, можно было бы рассчитывать на понимание музейной среды.

Но произошло ровно обратное. «Стратегия» по-прежнему остается тайной. Производятся увольнения. Причем увольняются 1) не самые худшие; 2) не самые старшие по возрасту директора 3) не самых проблемных объектов. Их сближает только то, что их учреждения – наиболее статусные и популярные объекты страны. Вместо них назначаются люди, даже в первом приближении вызывающие массу вопросов.

Как я уже отмечал ранее в текстах и комментариях на эту тему, не стоит критиковать людей, которые еще ничего не сделали. Но должна же быть хоть какая-то внятная мотивация, почему именно они?

Потому что они суперменеджеры? Я очень хочу на это надеяться и с радостью поддержу прогрессивные начинания новых руководителей. На данный момент достижения на почве управления серьезными объектами госпожи Лесничей, а также господ Зарубы и Стуса мне неизвестны.

В бытность заместителем министра культуры госпожа Лесничая, на мой взгляд, не продемонстрировала никаких подвигов на музейном поприще, хотя, по словам Михаила Кулиняка, курировала это сферу и досконально ее изучила.  Комментарии Виктории Николаевны радио «Свобода» по поводу того, что она собирается делать на новом посту, были настолько общими, что их мог бы дать любой человек с минимальным уровнем эрудиции, далекий от музейного дела. Но ведь любого же не назначают руководить Лаврой?

Господин Заруба, по словам министра, представил некую концепцию развития Национального музея народной архитектуры и быта Украины, за что и был назначен директором. Хотелось бы хотя бы в общих чертах представлять, что это за концепция? Причем, не только мне. Из того, что Дмитрий Заруба обозначил в публичных комментариях, складывается впечатление (возможно, обманчивое), что он не очень глубоко знаком с реальными проблемами музея и не в полной мере осознает его специфику. Либо не хочет раскрывать карты.

Направленность музея на посетителей – это прекрасно. Об этом мы и сами много писали. Но у музея в Пирогове нет проблем с тем, чтобы привлечь больше людей. Есть проблема с охранными зонами, есть проблема с тем, что нельзя обустроить нормальных вход, потому что земля вокруг музею не принадлежит. Есть проблема научного коллектива, половину которого новому директору придется уволить, ибо эти люди давно ничем, кроме склок, не занимаются. Не менее важна проблема охраны и взаимоотношений с жителями села Пирогов. И масса других сугубо музейных проблем.

Ситуация с музеем Шевченко должна вызывать тревогу у всех музейных директоров. Она несколько отошла на второй план, поскольку Наталья Клименко не имеет таких лоббистских возможностей, как Куковальская или Мельник. К тому же сыграла роль известная фамилия нового назначенца. Здесь показателен сам факт: директора, к которому вообще не предъявили никаких внятных претензий (о них пока ничего не известно, сама госпожа Клименко сказала, что увольнение стало сюрпризом), сменили «усилием воли». Значит, так можно сменить любого, и главной задачей музейных руководителей становится не развитие своего учреждения, а демонстрация лояльности к власти.  

Я специально опросил нескольких человек, лично знающих Дмитрия Стуса. Ответ был единогласный: Дмитрий Васильевич – честный, порядочный человек, неглупый, патриот, но никто не подозревает наличие у него административного дара. Абсолютно искренне надеюсь, что этот дар проявится.

Все это еще раз подтверждает – изменения не касаются профессиональной деятельности. Вдохновителей кадровых ротаций интересует что-то другое. Это все понимают, поэтому робкие оправдания министра вызывали смех.

Вместо того, чтобы превратить новые назначения в прорыв и выиграть время на год вперед, минкульт на старте подставил и себя, и всех новоназначенных. Максимально дискредитирована сама идея реформирования музейной сферы, которая давно ждет изменений, в том числе, и кадровых. Теперь любой прокол новых директоров будет приносить лично министру на порядок больший урон. А попытка уволить любого, самого бездарного руководителя - восприниматься как репрессии.

Все указанное лично меня убеждает в том, что минкульт лишь покорный исполнитель чьих-то не совсем адекватных задумок. И это хуже всего.

Алексей Копытько, для сайта "Музейное пространство Украины"