«Деды» по 500 рублей: особенности «бессмертного фарса» в Крыму

Каждой весной в
России случается ежегодное обострение под названием «бессмертный полк». Как
известно, изначально данная акция задумывалась российскими общественными
активистами как мероприятие к 9 мая с целью почтить память своих родственников
— ветеранов Великой Отечественной войны. Но за неё ухватились российские
чиновники и пропагандисты как за удобный способ насадить «скрепы».


В результате всё превратилось
в отвратительный, тотально пронизанный ложью фарс, нечто среднее между
первомайской демонстрацией и крестным ходом. Все помнят фотографии, облетевшие
Сеть в прошлом году, когда после шествия «бессмертного полка» портреты «дедов»
были выброшены участниками процессии в мусорники.


В Украине «бессмертный
полк» в нынешней форме – это политический «конкурс-смотр» пророссийских сил. К
памяти о войне, забравшей жизни миллионов украинцев, он никакого отношения не
имеет.


В аннексированном
Крыму данная акция получила свои особенности. Фактически, это мероприятие
превратилось в тест на лояльность к оккупационной власти. Дошло до полнейшего
маразма. Участие в шествии «бессмертного полка» стало, по сути, обязательным,
независимо от того, есть ли у тебя подходящий «дед» / «бабушка», или нет. О
том, как крымчане готовятся пережить «бессмертный полк» — в репортаже ИС-Крым.


***


Ближе к победному
дню 9 мая по нашей неспокойной провинции пронесся слух: в магазинах можно
приобрести “чужого деда” — фотографию с рамочкой и даже удобной ручкой («штендер»),
дабы нести портрет на митинге. Митинги эти, называемые шествием “бессмертного”
“полка”, были на полуострове и прежде, до появления российских интервентов, они
совсем не в новинку. Но теперь участие в них из добровольного уже стало почти
принудительным. Однако, проблема в том, что у многих жителей Крыма и
Севастополя нет дедов и бабушек, «годных» для заявления в такой “бессмертный
клуб”.


В самом деле,
дивно, как эта мысль не приходила организаторам, — а если и приходила, то не
заботила. У кого-то “деды” вовсе не участвовали в войне; у кого-то погибли еще
до войны, между прочим, и в сталинских лагерях, или после, и во время оной. У
кого-то, наоборот, живы — и не горят желанием красоваться на трафаретных
табличках. Наконец, есть и такие деды, кто в той войне участвовал, но не в том
смысле, каковой желателен для организаторов. Что уж говорить про совсем молодое
поколение, чьи дедушки и бабушки и вовсе появились на свет перед войной, во
время или много ее позже?


Все эти
подробности были незначительны, пока внуки “бессмертных” собирались на
энтузиазме. Ясно было, что невписывающийся в их компанию человек и сам не
пойдет, и даже если ему пришла бы в голову такая мысль, то оного быстро отсеяли
бы сами “внуки”.


Но всё совершенно
изменилось после прихода интервентов.


— Вы не идете на
шествие? То есть, как это не идете? — и начинаются совсем неудобные вопросы,
неуместные в любом приличном обществе.


Однако кто
сказал, что установившийся теперь порядок можно назвать приличным. На
бездедъного будут коситься и соседи, и сослуживцы. Иные не просто покосятся и
пошепчутся, а еще и напишут в охранку, — человек, дескать, неблагонадежный,
присмотритесь к нему внимательней. А расторопный начальник и вовсе знать ничего
не знает:


— Чтобы были на
шествии, и все тут. Я тоже там буду, и весь наш коллектив; вы же хотите еще
оставаться в нашем коллективе?


Подобные
наставления и внушения практикуются нынче и в школах, и на работе; уже не
первый год школьников заставляют всю “победную неделю” являться в классы с
георгиевским бантом на мундире, а иначе и на порог не пустят. Вот почему нам
стало очень интересно, можно ли запастись чужими дедами впрок, как об этом
твердит молва; к тому же появились уже и публикации, где это утверждается
совершенно определенно.




Первым делом мы
направились к магазинам, обнаруженным и опознанным по фотографиям в сети.
Действительно, у многих из них с витрин смотрят незнакомые мужчины и женщины в
старомодных фотокарточках в стиле сепия. Несемся к кассе и спрашиваем, можно ль
купить “дедов”. Однако мы явно не первые. Кассирши уставшим голосом разъясняют,
в чем суть такой мистификации.


— Читайте
внимательно, там написано, что это деды нашего магазина.


— Стало быть, их
нельзя купить?


— Стало быть,
никак нельзя.


— А зачем же вы
их выставили? Все думают, что это на продажу.


Обыкновенно
следует ответ, что это из соображений внезапно проснувшихся к памятной дате
чувств патриотизма. Одна продавщица была более откровенна:


— За то, что мы
выставили своих дедов у себя, нам можно уже не ходить на митинг.


Ах, вот в чем
дело.


— Но как же нам
быть? Положим, мне решительно необходимо достать этих самых дедов. Куда мне
податься, если своего деда нет?


В ответ мне
советуют обратиться в ближайшее фотографическое ателье. В первом же ателье,
куда мы идем, видим образцы старинных фотографий, знакомая уже сепия.
Спрашиваем. Ательер любезно объясняет, что оказывает такие услуги, “дед под
ключ”, т.е. с рамочкой, ручкой и защитным покрытием.


— А если своего
деда нет? — повторяем вопрос, как до того в магазинах. Ательер предлагает нам
выход из ситуации. Мы, конечно же, можем найти фотографию какого-нибудь чужого
деда, который нам нравится; если нет, он может за небольшую доплату найти
симпатичную картинку в Интернете. Стоимость услуг «штендер с дедом» колеблется
в Симферополе от 400 до 800 рублей, в зависимости от материалов, размера и
других параметров. Среднестатистический «дед» обойдется в 450-500 рублей
(170-200 грн.).


 


— Я могу поискать
так, чтобы ветеран был из какой-нибудь дальней российской области; тогда никто
не упрекнет вас и не заподозрит.


Уже выходим,
когда симпатичная женщина советует нам не связываться с фотографом.


— Зайдите в
оптовый магазин. Там продаются готовые таблички и по весьма недурной цене (173 рубля, примерно 70 грн.); один раз
купил — и на много лет хватит.



Обратите внимание
– на штендере прямо написано «для бессметрного полка». Т.е., обслуживание
данной акции превратилось в индустрию и поставлено на поток полиграфистами и
производителями реквизита.



— А таблички сии
готовые, с фотографиями?


— Нет, только
рамочки. Но что стоит найти фотографию, раз уж вам все равно, чья; распечатать
ее считанные рубли, только на рамочку и выходит потратиться.


В оптовый магазин
мы уже не пошли, потому что общая ситуация, наконец, прояснилась. “Дедов” можно
купить, но выгоднее делать это в розницу. Молодому поколению в этом отношении
будет легче: обладая навыками поиска в Сети, они легко отыщут себе нужный
фасон, а иные смогут и подправить какие-нибудь детали. Осталось купить рамочку
— и, вставив туда симпатичного деда, придумать к нему искусную надпись, не
оставляющую сомнений, что дед этот приближал победу.


Организаторы митинга
«бессмертный полк» в Крыму, вне всякого сомнения, знают о творящемся маразме,
но лицемерно пишут на своем сайте: «Просим вас не входить в колонну с
портретами людей, не являющихся вашими родственниками, даже если это известные
военачальники Великой Отечественной Войны».

Как будет эволюционировать этот дурдом в будущем — вполне очевидно. Тех, кого изобличат в отсутсвии правильных «дедов», например, заставят носить какие-нибудь отличительные знаки, потом введут налоги на «бездедъность» и дальше по накатанной.

Только где здесь память о Войне и её настоящих героях, которые защитили мир от нацизма? Где здесь скорбь о погибших, пропавших, искалеченных?

Если у вас были какие-то иллюзии по поводу «бессмертного полка», задумайтесь.


Черноморская безопасность / ИС-Крым