Турецкое «чудо-оружие»: помогут ли Украине беспилотники Bayraktar

После Второй Карабахской войны в украинском обществе сложилось мнение, что турецкий ударно-разведывательный беспилотник Bayraktar TB2 является неким «чудо-оружием» и его массированное применение гарантирует победу над любым врагом.  В особенностях боевого применения беспилотника Bayraktar и может ли он пригодиться во время вероятного военного конфликта с РФ, разбирался «Флот 2017».

Немного истории

Еще в 2007 году Министерство обороны Турции выдало двум компаниям — Kale Group и Baykar Technologies заказ на разработку прототипа перспективного беспилотника по программе «тактический дрон». В итоге, через два года появился «Байрактар» Block A (в переводе с турецкого «Знаменосец»), который был принят за основу и объявлен победителем.

В начале 2012 года аппарат был доработан и в виде Block B (первый полет состоялся 24 апреля 2014 года) принят на вооружение как Bayraktar TB2. Началось его серийное производство.

По сути это тактический средневысотный БЛА с большой продолжительностью полета — по международной классификации MALE. Аппарат довольно большой: его длина — 6,5 метра, размах крыла — 12 метров. При этом радиус действия составляет 150 км. При максимальной взлетной массе в 650 кг он может нести полезную нагрузку в 50 кг — фактически, пара управляемых бомб или управляемых противотанковых ракет UMTAS отечественного производства.

Bayraktar TB2 оснащен двигателем внутреннего сгорания Rotax 912 мощностью 100 л. с. (такой же установлен, кстати, на американском Predator и израильских Heron и Hermes 900), который обеспечивает максимальную скорость полета в 222 км/ч, максимальный «потолок» — 8200 м (практический — 6750 м). Корпус аппарата выполнен с использованием композитных материалов.

С начала производства армия заказала 151 такой аппарат, по состоянию на 2019 год, было получено 75. Кроме того, одним комплексом (6 аппаратов) обладает Главное управление безопасности Турции и двумя (12 штук) — Главное командование жандармерии Турции.

Аппараты широко применяются против отрядов курдов как на территории Сирии, так и непосредственно Турции. При этом, как минимум, один дрон был сбит — 12 февраля 2018 года в районе сирийско-турецкой границы.

До войны в Карабахе аппарат не имел экспортного успеха: в феврале 2019 года в Катар был поставлен один комплекс (6 аппаратов), еще столько же весной 2019 года получила и Украина.

Карабахский опыт

«Звездным часом» для «Байрактара» стала Вторая Карабахская война, которая началась в сентябре 2020 года. Интересно, что до этого момента сообщений о том, что эта техника поставлялась в Азербайджан, не было, впрочем, как и сообщений о подготовке летно-технического состава. Все это вместе взятое позволило говорить армянским и российским наблюдателям о том, что применялись аппараты турецкой армии с турецкими же расчетами. Впрочем, эта информация никогда не получала никакого даже косвенного подтверждения и вполне может быть просто оправданием для достаточно высокого уровня потерь.

А эффективность применения «Байрактара», по независимым оценкам западных аналитиков, оказалась достаточно высокой. Так, на их счет были записаны 119 уничтоженных и поврежденных единиц бронетехники (из них минимум 90 – танки Т-72), 193 единицы артиллерии (включая 61 РСЗО БМ-21 «Град»), 15 зенитно-ракетных комплексов или пусковых установок, а также 9 РЛС и систем радиоэлектронной борьбы.

Однако при ближайшем рассмотрении получается несколько другая картина. Прежде всего, судя по выложенным видео от Министерства обороны Азербайджана, не всегда было ясно была ли уничтожена цель собственным оружием «Байрактара» или же он только наблюдал её поражение артиллерией или ударными беспилотниками.

В то же время вполне очевидно другое — «Байрактары» хорошо действовали по грузовикам, артиллерии, лёгкой бронетехнике и пехоте, а вот танки продемонстрировали значительно лучшую устойчивость.

«Война дронов» в Карабахе

И связано это, прежде всего, с типом применяемого бортового вооружения. Под проект этого беспилотника турецкая компания Roketsan создала два типа боеприпаса: боеприпас с лазерной полуактивной системой наведения MAM-L массой 22 кг (по сути облегченный вариант противотанковой ракеты UMTAS) и корректируемую бомбу MAM-C массой 6 кг с осколочно-фугасной боевой частью. 

Несмотря на то, что на MAM-L можно использовать разные боевые части — осколочно-фугасную, тандемную кумулятивную или термобарическую, но их масса не превышает 10 кг. Поэтому, кстати, эксперименты с уничтожением надводной цели вызывают некоторые сомнения в эффективности – небольшому по водоизмещению катеру такая ракета может нанести какие-то повреждения, а вот более крупный корабль вряд ли ей «по зубам».

Выводы для Украины

На данный момент Украине не стоит рассматривать «Байрактар» как основное ударное средство. Во-первых, у нас их еще очень мало, а во-вторых, у нас нет той стройной системы управления и поддержки со стороны многочисленных планирующих ударных беспилотников (более известных как дроны-камикадзе), как это наблюдалось осенью 2020 года в Карабахе.

Ныне основное преимущество «Байрактаров» над системами ПВО – это дистанция оптической разведки, которая намного превосходит дальнобойность ЗРК малой («Оса-АКМ», «Панцирь-С1», «Тор») и даже средней («Бук») дальности. Причем это только дальность разведки – на таком расстоянии, на котором передает информацию американо-канадская оптоэлектронная станция CMX-15D, бортовое вооружение не действует. Зато беспилотник может работать в качестве передового авианаводчика, давая целеуказание лазером для работы артиллерии, РСЗО или ударного беспилотника типа Warmate или отечественного аналога (в случае c Азербайджаном – это был Harop израильского производства). Мало того, благодаря довольно большой продолжительности полета «Байрактар» может отслеживать те же позиции ЗРК, а при передислокации или перезарядке сблизиться и атаковать их самостоятельно.

Таким образом, прежде всего, необходимо на основе характеристик аппарата и опыта боевого применения, найти место турецким дронам в системе их применения на поле боя. Их слабые места могут быть скомпенсированы другими ударными элементами – в идеале это, конечно, дроны-камикадзе, но весьма эффективной может оказаться и связка с крупнокалиберной артиллерией (в том числе, с тяжелой РСЗО БМ-30 «Смерч», вооруженной новыми снарядами «Вільха»).

Что же касается применения в ВМСУ, то тут необходимо отрабатывать прежде всего взаимодействие с береговым противокорабельным комплексом «Нептун», в связке с которым «турок» будет наводить ракеты по вражеским целям вне зоны действия корабельной ПВО. Кстати, именно это и предлагает «Луч» со своим «Соколом», который, правда, пока находится в проекте.

Михаил Жирохов