Вспомогательный вид: есть ли будущее у военно-морской авиации Украины

Туманное будущее военно-морской авиации Украины

Украинская военная авиация переживает не лучшие времена. Почти все боевые самолеты и вертолеты нуждаются в замене. «Флот 2017» разбирался, какая судьба на этом фоне ожидает авиационную составляющую Военно-морских сил Украины.

Немного истории

В ходе раздела советского Черноморского флота Украине досталась и часть морской авиации. В 2004 году 9-я смешанная, 316-я отдельная морские авиационные эскадрильи и 555-й морской вертолетный полки и другие авиационные воинские части, которые базировались в Очакове и Николаеве, были сведены в одно подразделение – 10-ю морскую авиационную бригаду, основной базой которой стал аэродром в селе Новофедоровка (около города Саки, АРК).

При этом перед морской авиацией поставили крайне ограниченные задачи – поиск подводных лодок и противолодочная оборона, поисково-спасательные работы, транспортные перевозки и доставка разведывательно-диверсионных групп. Противовоздушную оборону мест базирования флота должны были осуществлять МиГ-29 204-й бригады из Бельбека и зенитные ракетные части. По этой причине, у моряков забрали штурмовики Су-25 и истребители МиГ-29.

Бригада состояла из двух эскадрилий — авиационной и вертолетной. По состоянию на начало 2014 года, в распоряжении бригады имелись 4 Бе-12 (из них два модификации ПС), 2 Ан-26, 1 Ан-14Т, 1 Ан-2, 5 Ми-14, 12 Ка-27 (8 из них в противолодочном варианте), 3 Ка-29ТБ, 1 Ми-8Т, 1 Ми-8ВКП. При этом два вертолета Ка-27 во время выхода в море должны были базироваться на борту флагмана украинского флота – фрегата «Гетьман Сагайдачний».

Авиаторы 10-й бригады отмечают день части

Крымская эпопея

Так как аэродром в Новофедоровке имеет стратегическое военное значение, то так называемые «зеленые человечки» (на самом деле российские десантники из Самары) заблокировали его уже 27 февраля 2014 года. Свое «вежливое» прибытие они объяснили тем, что будут помогать украинским военнослужащим защищать аэродром от проникновения туда боевиков «Правого сектора», которые вот-вот нагрянут.

В условиях отсутствия внятных приказов со стороны командования ВМСУ военнослужащие части были дезорганизованы. К тому же командир бригады Владимир Хоменко, сильно болел и фактически уже не командовал (умер 6 марта). Исполняющим обязанности командира стал заместитель комбрига по летной подготовке Игорь Бедзай.

Именно он и принял ответственное решение — перебазировать технику подразделения на другой аэродром в континентальной части Украины. Но возникла серьезная проблема: куда же сажать самолеты и вертолеты. Хорошо проанализировав все варианты, приняли решение лететь в Николаев, где аэродром отвечал требованиям военной авиации и находился относительно недалеко.

Утром 3 марта прямо под носом оккупантов летчики и вертолетчики бригады смогли осуществить рискованную акцию – перегнать на аэродром Кульбакино близ Николаева 4 вертолета (три Ми-14 и один Ка-27) и 3 самолета (два Ан-26 и один Бе-12). Кстати, за этот поступок Игоря Бедзая наградили орденом Богдана Хмельницкого ІІІ степени.

Игорь Бедзай

Во время оккупации

Как и большинство других выведенных из Крыма подразделений, бригаду пришлось восстанавливать практически с «нуля» — примерно 70% личного состава остались в Крыму (по большей части, служить оккупанту).  Аэродромом базирования стал аэродром Кульбакино.

В условиях войны на Донбассе начался поиск подходящей авиатехники, а поскольку ее не хватало и для Воздушных Сил ВСУ, то после 2014 года авиапарк бригады пополнялся весьма пестро. Так, в 2017 году бригада получила Ми-14ПЛ, который был восстановлен на Конотопском авиаремонтном заводе «Авиакон», в 2018 году – Ка-226, который был закуплен еще в 2011 году для авиации МЧС, однако из-за бюрократических проблем был конфискован таможней и находился на хранении на Львовском авиаремонтном заводе.

Кроме того, один самолет Ан-2 передал частный предприниматель, а еще один в свое время был конфискован у контрабандистов.

Все чем смогло помочь государство – это передать в 2019 – 2020 годах два отремонтированных Ми-8МСБ-В и один Ми-2МСБ.

Сейчас можно говорить о том, что ныне бригада имеет крайне ограниченные возможности для взаимодействия с флотом и береговой обороной. Хотя время от времени и появляются репортажи о том, что морские вертолетчики отрабатывают бомбовые атаки по морским целям, однако против достаточно современных кораблей российского Черноморского флота с мощной корабельной ПВО и прикрытием с воздуха такая тактика будет неэффективной.

Морские вертолетчики на учениях

Перспективы

По всей видимости, понимая всю тяжесть ситуации, командование флота делает ставку не на развитие ударных возможностей морской авиации, а на создание мощного кулака из беспилотной авиации.

Так, до конца года Украина планирует получить дополнительную партию разведывательно-ударных БПЛА среднего радиуса действия Bayraktar TB2. Причем, как минимум, два комплекса получат ВМСУ. Об этом неоднократно заявляли командующий Военно-морских сил Украины контр-адмирал Алексей Неижпапа и официальные лица из Министерства обороны Украины. В марте делегация ВМСУ посетила площадку компании Baykar Defense, где проинспектировала сборку новых аппаратов. По некоторым данным, это будет более современная модификация Bayraktar TB2S с увеличенной дальностью полета.

Следует отметить, что для нужд флота турецкие машины подходят крайне ограниченно – боевой мощности управляемых планирующих бомб или противотанковых управляемых ракет, которые несет TB2, явно недостаточно для гарантированного уничтожения надводной цели.

В этом плане гораздо более удачным выглядит вариант с принятием на вооружение тяжелого Bayraktar Akinci, который может и нести и управляемые ракеты класса «воздух – поверхность» и корректируемые авиабомбы. Однако аппарат только проходит летные испытания и после запуска в серийное производство будет в первую очередь направляться вооруженным силам Турции, а уж потом может идти речь об экспорте. Тем не менее, Украине уже сейчас стоило было «встать в очередь».

Подводя итоги, можно говорить о том, что даже с получением Bayraktar TB2, морская авиация по-прежнему останется вспомогательным видом и не сможет самостоятельно влиять на ход боевых действий на Черном или Азовском морях. Ее место – только во взаимосвязанной концепции береговой обороны.

Михаил Жирохов