Знак полумесяца: как Турция модернизировала свой флот и причем здесь Украина

Недавно стало известно о том, что Турция выбрала в Украине завод для строительства серии кораблей класса «корвет» для ВМС Украины. Это будет происходить на судостроительном предприятии «Океан» в Николаеве. Турция, построившая весьма сбалансированный флот, является весьма полезным партнером для Украины и серьезным игроком на Черном и Средиземном морях. «Флот-2017» рассказывает о возможностях турецких ВМС.

Читайте также: Великая речная держава: как Румыния строит свой флот

По состоянию на осень 2020 года, ВМС Турции имеют в своем составе 165 боевых кораблей и катеров (в том числе 16 фрегатов, 10 корветов, 16 патрульных кораблей, 13 подлодок, 11 тральщиков, 33 десантных корабля и катера, 18 ракетных катеров и 33 патрульных катера), 16 самолетов базовой патрульной авиации и 38 вертолетов. Основу надводного флота составляют 14 фрегатов и 10 крупных многоцелевых корветов.

Стоит сказать, что благодаря продуманному управлению финансовыми ресурсами, туркам удалось успешно реализовать довольно масштабную программу модернизации флота. Причем начинали они с кооперативных проектов, в ходе которых головной корабль класса строился за границей, а остальные – в Турции по лицензии. А теперь они перешли к самостоятельному выполнению такого рода контрактов, в Пакистане и, скорее всего, в Украине. По крайней мере, меморандум о сотрудничестве между Украиной и Турцией подписан и выбран судостроительный завод для постройки турецких корветов для нужд ВМСУ.

Читайте также: Османская революция: Украина хочет купить турецкие корветы

Проблемой на сегодня остается проектирование боевых систем, в том числе вооружения, хотя огромный рывок Турции в этом направлении отмечают буквально все зарубежные аналитики.

Турция на сегодня является единственной страной черноморского региона, которая, кроме России, имеет на вооружении подводные лодки. Хотя они довольно устаревших проектов, однако из-за постоянной модернизации, имеют довольно серьезный боевой потенциал, в том числе благодаря использованию кроме торпед еще и противокорабельных ракет Sub Harpoon.

Если говорить о надводных силах, то тут отдельно стоит сказать о бывших американских фрегатах «Оливер Х. Перри», которые были получены в 1997—2003 годах. Стоит сказать, что сами корабли поступили в боевой состав американских ВМС в середине 1970-х годов как универсальные корабли для сопровождения десантных конвоев или авианосных групп, а также патрулирования побережья. Всего в США за довольно короткое время был построен 51 фрегат.

После распада Советского Союза началось массовое сокращение флота, которое коснулось и фрегатов этого типа. После 1994 года их массово стали передавать союзникам по всему миру – так, турки получили восемь единиц, а поляки – две.

Однако на момент передачи корабли были довольно устаревшими, и поэтому практически сразу турецкие адмиралы запустили программу модернизации под названием GENESIS. В ее рамках планировалось заменить всю электронику на более современную и кардинально модернизировать систему вооружения.

Итак, корабли получили новую боевую информационно-управляющую систему GENESIS, способную отслеживать и идентифицировать до 1000 целей одновременно. Американская РЛС была заменена на голландскую трёхкоординатную SMART-S, которая способна обнаруживать воздушные цели на дистанции до 250 километров.

Отдельно стоит сказать о вооружении – была установлена вертикальная пусковая установка Mk 41 на восемь ячеек для запуска зенитных ракет Evolved Sea Sparrow Missile. Таким образом корабль получил просто огромные возможности по ближней противовоздушной обороне и поражению низколетящих ракет.

Первый фрегат типа G (как стали называться модернизированные фрегаты в турецком флоте) был принят в состав турецкого флота в 2007 году, последний — в 2011 году.

О том, что такая модернизация позволяет решать весь спектр задач современной войны, ярко продемонстрировали события начала апреля 2020 года, когда один из турецких фрегатов, который был привлечен для патрулирования ливийского побережья, сбил в воздухе беспилотник китайского производства Wing Loong. На месте падения огромной «птицы» были найдены остатки зенитной ракеты SM-1ER. Несложные расчеты показывают, что воздушная цель была поражена на дальности в 135 км от фрегата. Результат для ракеты, которой минимум 35 лет (выпуск этой модификации был прекращен в 1985 году), довольно неплохой.

И это яркий пример того, как явно не новые флотские единицы могут оказаться весьма востребованными. Заканчивая рассказ о турецких фрегатах типа «Оливер Х. Перри», нужно сказать и о том, что пару лет назад в СМИ появилась информация о том, что американцы готовы передать, как минимум, пару таких кораблей для нужд ВМСУ. Такой вариант вполне реальный, поскольку у США все еще остаются 9 таких фрегатов. По данным автора, от такого щедрого подарка наши адмиралы отказались ввиду того, что для их базирования придется менять практически всю береговую инфраструктуру, что в условиях крайне скудного бюджетного финансирования флота практически нереально.

Кроме американских фрегатов, в строю также четыре фрегата проекта DE MEKO 200TN Track I (первые два построены в Германии, еще два – непосредственно в Турции).

В 2021 году состав флота должен пополнить головной корабль собственного проекта TF-2000 (Turkish Frigate-2000). Разработанный на основе норвежского проекта, корабль строится на верфи Golcuk в рамках все той же общенациональной программы обновления флота.

Дополняет парк фрегатов достаточно большое количество фрегатов (как отечественной постройки MILGEM (типа Ada), так и французские образца 1970-х годов типа D’Estienne d’Orves) и ракетных катеров. Последние, как оригинальные германской постройки, так и турецкой (однако с использованием германских наработок или вообще по германскому проекту). Основное вооружение – американские противокорабельные ракеты RGM-84C Harpoon.

По немецкому же проекту построены и 11 тральщиков типа Aydın. Стоит сказать, что именно постройка специализированных кораблей является гораздо более предпочтительной по многим показателям, чем переоборудование из других проектов (как, например, собираются поступать наши адмиралы с ракетными катерами британской постройки).

Подводя некоторый итог, можно говорить о том, что ныне турецкий военный флот гарантирует безопасность коммерческого судоходства в Средиземном море и готов к противостоянию на Черном море, а кроме того обеспечивает амбиции своего военно-политического руководства. При этом он является достаточно сбалансированным – специалисты указывают разве что на недостаточное количество вспомогательных кораблей.

Довольно успешно реализуется и собственная судостроительная программа, хотя тут задержка, прежде всего, за разработкой систем вооружения (которая ныне преимущественно американского производства). Хотя и в этом направлении уже есть серьезные подвижки – так, в июле 2020 года были сообщения об успешных испытаниях первой противокорабельной ракеты собственного производства – Atmaca от фирмы Roketsan. По данным СМИ ракета попала в выбранную цель, находившуюся на расстоянии 200 километров.

Планируется, что эта ракета заменит американские Harpoon на корветах проекта MILGEM (типа Ada). И есть большая доля вероятности, что такие ракеты могут пойти и на вооружение украинских корветов совместного проекта.

Михаил Жирохов