Назад в 1937-й: история крымских татар, получивших почти 45 лет лагерей на одну семью

Тринадцать, тринадцать с половиной и восемнадцать лет. Именно такие сроки заключения присудили «суды» оккупированного Крыма и Российской Федерации Ризе Омерову, Рустему Исмаилову и Энверу Омерову. Именно столько лет семеро детей не увидят своих отцов и дедушку. Именно столько лет трое женщин будут нести на своих хрупких плечах бремя кормильцев.

«Флот-2017» рассказывает историю одной большой, дружной, счастливой крымскотатарской семьи, в которую в один момент вместе с грязным сапогом «зеленого человечка» пришла беда.

Разрушенный мир. «Мы не могли представить тогда, что это возвращается 1937 год»

…Энвер Омеров, как и подавляющее большинство крымских татар почтенного возраста, родился вдалеке от исторической родины – в Узбекистане, куда в 1944 году сталинский режим депортировал десятки тысяч крымскотатарских семей. Когда народу разрешили вернуться на землю предков, Энвер вместе с семьей – женой Лемарой и двумя малолетними детьми, сыном Ризой и дочерью Фатмой, — поспешили в Крым. Поселились в небольшом райцентре Белогорск, начали обустраивать жизнь. Энвер работал таксистом, затем занялся бизнесом – поставлял молоко.

Семья была очень дружной и глубоко верующей. Энвер, рассудительный, жизнерадостный, готовый всегда прийти на помощь, пользовался большим авторитетом среди крымских татар.

Дети выросли, окончили вузы. Дочь Фатма вышла замуж за Рустема Исмаилова, семья поселилась в Каменке под Симферополем. Сын Риза с женой Севиль остались жить в родительском доме. Один за другим у Энвера начали появляться внуки, семья строила планы на будущее. Но наступил февраль 2014-го…

— Тогда был страх, — вспоминает Фатма. – Страх неопределенности, страх, что начнется война. Мы не очень понимали, что происходит, чем это может закончиться. Но мы не могли представить тогда, что это возвращается 1937-й год. Когда безвинного человека по доносу или просто «по разнарядке» могли лишить свободы на долгие годы. Что возвращается 1944-й, когда наш народ этапами увозили со своей родины.

И уж точно Энвер Омеров не мог тогда знать, что появление на улицах городка «зеленых человечков» так непосредственно и безжалостно отобразится на жизни его мирной верующей семьи.

Энвер Омеров

Арест и приговор Рустема. «Мужа начали избивать на глазах у детей»

Сначала пришли за Рустемом. Ранним утром 12 октября 2016 года Фатма, Рустем и трое их маленьких детей проснулись от того, что дверь в дом была буквально вынесена сапогами.

— Не было ни стука, ни звонка. Они просто сразу вынесли дверь и ворвались в комнату. И сразу на глазах у детей начали избивать мужа, — вспоминает Фатма. — Потом начался долгий обыск. Конечно, ничего криминального они у нас не нашли и не могли найти. В качестве «вещественных доказательств» «террористической деятельности» мужа изъяли религиозную литературу. Но скажите, у кого из верующих нет дома такой литературы?!

Оккупанты вели себя как дома. Один даже не погнушался прилечь вздремнуть на диван.

Рустема арестовали по т.н. «первому симферопольскому делу «Хизб ут-Тахрир». Ему и еще четверым крымским татарам — Эмилю Джемаденову, Айдеру Салединову, братьям Теймуру и Узеиру Абдуллаевым — инкриминировали «участие в деятельности террористической организации». Под таковой подразумевалась «Хизб ут-Тахрир» — организация, которая в Украине и подавляющем большинстве цивилизованных стран признана абсолютно законной и мирной. В России же она считается террористической.

Затем было следствие, которое даже не пыталось создать видимость объективного расследования. И многочисленные суды, не утруждавшие себя необходимостью выглядеть справедливыми.

— Они не воспринимали ни одного нашего аргумента. Все, буквально все абсолютно очевидные доказательства, которые мы приводили, отвергались. Суд просто шел по заранее написанному и отрепетированному сценарию, — вспоминает Фатма.

Вместе с отцом, к которому вскоре после ареста мужа переехала с детьми Фатма, они ездили на заседания в Симферополь. Затем – в Ростов. 18 июня 2019 северо-кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону приговорил Рустема Исмаилова к 14 годам колонии строгого режима. Позже верховный суд государства-агрессора сократил срок на полгода…

Рустем Исмаилов перед судебным заседанием

Арест и приговор Энвера и Ризы. «Справедливости здесь попросту нет»

Но еще до вынесения приговора в Ростове Фатма лишилась поддержки отца и брата. Потому что теперь пришли и за ними. Сделали это оккупационные власти, как всегда, цинично: 10 июня 2019 года Фатма с отцом поехали на очередное заседание суда над Рустемом. В их отсутствие в дом Энвера пришли с обыском.

На глазах шестерых маленьких детей, пожилой Лемары, беременной четвертым ребенком невестки Севиль, оккупанты перевернули дом вверх дном (разумеется, в конечном итоге не найдя ничего противозаконного) и арестовали Ризу. У Севиль от волнения едва не начались преждевременные роды. Риза – очень добрый, чуткий, отзывчивый (именно таким его знают соседи, друзья), старался, как мог, успокоить жену и маленьких детей. Наверное, уже понимая, что увидит их не скоро.

Риза Омеров с сыном Ахмадом

А Энвера в тот же день задержали в дороге. Ему, как и сыну, а ранее зятю, инкриминировали участие в террористической организации.

— Если арест Рустема был для нас как гром среди ясного неба, то о том, что готовятся провокации против отца, мы подозревали. За домом следили: на стареньком сарае соседа внезапно появилась видеокамера, направленная на двери нашего дома, — вспоминает Фатма. – А один знакомый нам рассказал, что его вызывали в ФСБ и показывали фотографии, как он входит к нам в дом. «Ты зачем ходишь к этим террористам?» — допытывались.

Фатма рассказывает, что убеждала отца уехать на материковую часть Украины.

— Но он отказался. Говорит: «Я не совершал никакого преступления. Я не буду бежать, не буду покидать свою семью, свою родину», — вспоминает Фатма.

Когда арестовали и судили Рустема, у семьи, может, еще оставалась надежда, что все будет хорошо, что это ошибка, что следствие или суд разберутся. Во время следствия и суда над Энвером и Ризой иллюзий уже не было.

— От государства, которое преследует и сажает людей за веру, за религиозные убеждения, трудно ждать справедливости. Ее здесь попросту нет, — говорит Фатма.

12 января 2021 года южный окружной военный суд РФ приговорил 59-летнего Энвера Омерова к 18 годам, Ризу Омерова, которому 31 год, — к 13 годам лишения свободы. Еще один участник т.н. «Белогорского дела «Хизб ут-Тахрир» — Айдер Джеппаров — приговорен к 17 годам.

Украина, ЕС, США осудили вынесение приговора и призвали Россию немедленно освободить всех политзаключенных. «Россия не имеет права задерживать, преследовать или осуждать украинцев на украинской земле», — отмечается в реакции Посольства США в Украине на приговор.

Вера жива. «Крым снова станет свободным»

Адвокаты готовят апелляцию. Но, как признается Фатма, надежды мало. После ареста отца и брата она забрала маму к себе – жить одной Лемаре тяжело. Севиль с детьми уехала к родителям.

— Но мы часто видимся. Верим и ждем. Наши мужчины крепкие. А главное, они знают, что правда за ними. И что рано или поздно она восторжествует. Единственное, что они просят, — чтобы о них не забывали, чтобы писали, говорили, где только это возможно, о той тирании, которая творится в Крыму. То, что творится в Крыму с 2014 года, – это угнетение нашего народа, — говорит Фатма.

Чтобы прокормить детей и маму, Фатма ночами под заказ готовит торты и пирожные. И, конечно, семью не оставляют в беде соплеменники.

— Мы очень дружный народ, каждый всегда готов прийти на помощь. Меня постоянно спрашивают: может, что-то нужно? Ты только скажи! – рассказывает Фатма. — Наш народ за свою историю многое перенес. И выстоял. Выстоит и сейчас. Крым снова станет свободным и вернется в Украину.

Виталий Рябошапка