«Крымская платформа» создаст механизмы для расширения санкций против России — Эмине Джеппар

С начала оккупации украинского Крыма РФ так и не смогла навязать Западу фактическое признание полуострова «российским», хотя Кремль продолжает прилагать для этого существенные усилия. В ход идут политические манипуляции, пропаганда, военный шантаж и прямой подкуп, но пока безрезультатно. Крым, с точки зрения цивилизованного мира, остается украинским, что откровенно бесит Москву. Почему российские власти настолько болезненно относятся к любым упоминаниям об украинском статусе Крыма, а также какие ожидания связаны с предстоящим саммитом «Крымской платформы», в интервью «Флоту 2017» рассказала первый заместитель министра иностранных дел ЭМИНЕ ДЖЕППАР.

— Если позволите, начнем со «спортивного» вопроса. Российский МИД еще до старта чемпионата по футболу Евро-2020 возмутился, что на форме украинской сборной был изображен Крым. Чем именно, на ваш взгляд, обусловлена столь эмоциональная реакция?

— Реакция России на все случаи демонстрации украинской принадлежности Крыма, от кого бы они не исходили – от Украины или со стороны иностранных партнеров — всегда эмоциональна, очень часто на грани откровенной грубости и хамства. Причина очень проста – недостаток аргументов для поддержки своей позиции по Крыму и полное отсутствие понимания и приятия оккупации полуострова со стороны цивилизованного мира. Поэтому так много сил российского МИДа тратится на деятельность, направленную на международную легитимацию попытки аннексии Крыма. И поэтому, будем откровенны, у российского МИДа так мало в этом плане реальных достижений.

—  Россияне все же пытаются показать некие «достижения», завозя на оккупированный полуостров «народных дипломатов» и «иностранных инвесторов». Какие последствия возможны для этих «дипломатов», с точки зрения законов Украины и международного права?

— Ввиду полного отсутствия принятия российского статуса Крыма со стороны официальных представителей государств и международных организаций, для продвижения своей позиции по полуострову, для создания иллюзии международной поддержки в этом вопросе Россия вовсю пользуется возможностями так называемой «народной дипломатии». То есть, бывшими чиновниками, политиками, представителями науки и бизнеса государств-сателлитов, которые полностью зависят от России в финансовом, экономическом или политическом плане, действующими политиками от радикальных пророссийских партий, которые также грешат российской поддержкой.

Их участие в так называемых международных мероприятиях, которые активно организовываются оккупантами в Крыму, должно продемонстрировать иностранному и российскому обывателю, как и жителям оккупированного Крыма, что действия Москвы поддерживаются. Конечно, это срабатывает только с теми обывателями, которые не очень вникают в реальный статус таких «народных дипломатов».

Вояжи в оккупированный Крым, особенно когда речь идет о действующих, пусть и радикальных и не мейнстримовых, политиках и бизнесменах, осуждаются действующими правительствами, поскольку такая деятельность идет вразрез с международной политикой непризнания попытки аннексии.

Нарушают такие «народные дипломаты» и украинское законодательство о правилах въезда на временно оккупированную территорию. В зависимости от конкретного случая, им грозит административная либо уголовная ответственность, запрет на въезд в Украину, санкции. 

— Уточните, пожалуйста, стоит ли нам опасаться «международных исков», которые готовят оккупационные «власти» из-за перекрытия Северо-Крымского канала? С таким заявлением неоднократно выступали в так называемом «госсовете» Крыма.

— С точки зрения международного права, позиция Украины безупречна. Обеспечение жителей оккупированных территорий водой – это полная ответственность государства-оккупанта. Тем более, что воды в Крыму для нужд населения достаточно. Проблемы с водой возникают на фоне активных процессов милитаризации полуострова, развития не свойственных ему отраслей производства.

Кроме того, прекращение функционирования Северо-Крымского канала не вносит никаких искусственных изменений в климат Крыма, наоборот, приводит полуостров в его природное состояние.

Безусловно, добавочная вода дает возможности развивать те направления экономики, прежде всего сельского хозяйства, которые без искусственной поддержки там бы не состоялись, например, выращивание риса. Но обеспечение таких экзотических для природной среды Крыма культур – вопрос не обязанностей Украины, а вопрос преференций Крыма, которые наше государство может возобновить, однако, лишь после восстановления на полуострове конституционного строя Украины.  

— «Вечный» вопрос: кому конкретно в Крыму может не хватать воды? Из собственных источников нам известно, что далеко не во всех регионах Крыма имеется проблема с водой, как рассказывают оккупанты.

— Те данные о полуострове, которые имеются в профильных министерствах и ведомствах Украины, однозначно говорят о том, что для населения Крыма воды достаточно. Особенно после обильных дождей, которые прошли этим летом.

Однако, политика Москвы, которая направлена на активное развитие военной индустрии и военной инфраструктуры полуострова, резкое увеличение численности военного контингента, переселение сотен тысяч российских граждан в Крым для целенаправленного изменения его демографической ситуации и усиления поддержки оккупации, вместе с безответственным и не просчитанным бурением водоносных горизонтов может привести и, возможно, уже приводит к разбалансировке экологической ситуации. Насколько взаимосвязанной является водная система Крыма, и приведут ли вышеуказанные процессы к проблемам с водой на всем полуострове – все эти вопросы следует адресовать экологам. 

— Оккупанты превратили полуостров в огромную военную базу. Москва открыто угрожает Украине и странам НАТО. Но при этом от руководства Германии, например, мы слышим, что они не намерены вооружать Украину. Как наша страна и западные партнеры могут помешать милитаризации Крыма? Или хотя бы замедлить процесс?

— Относительно позиции Германии по поводу вооружения Украины уже были даны исчерпывающие объяснения со стороны представителей действующей германской администрации. Во многом корни такой позиции эмоциональны и связаны с историей, с ролью фашистской Германии в Восточной Европе. 

Что же касается милитаризации Крыма и того, как можно ей противостоять, к сожалению, это сложный вопрос. Ни Украина, ни западные партнеры на сегодня не имеют достаточно рычагов влияния на путинскую Россию, чтобы прекратить полностью этот процесс. Государства-члены НАТО и ЕС предпринимают активные шаги, чтобы противостоять этому. Это и интенсивная политическая поддержка Украины в крымском вопросе, и существенное увеличение военного присутствия НАТО в Черном море, и качественное повышение уровня обмена информацией, в том числе разведывательного характера, между заинтересованными приморскими государствами, и введение санкций против российского ВПК, и многое другое.  

Мы надеемся, что такое сотрудничество будет продолжаться и развиваться, а давление на Россию — усиливаться. Особенно важно активнее задействовать санкционный механизм. Мы ожидаем, что деятельность «Крымской платформы» сможет вывести механизмы влияния на кремлевское руководство на новый качественный уровень, с соответствующими результатами в плане противостояния милитаризации Крыма.

— Мы не можем не задать вопрос о «Крымской платформе». Скажите, пожалуйста, что можно противопоставить деятельности РФ, которая фактически отпугивает государства от саммита в Киеве?

— Безусловно, важным фактором является последовательная позиция по поддержке Украины в крымском вопросе. И таких стран довольно много. Участие в саммите «Крымской платформы» для них – это демонстрация неизменности собственного выбора в пользу Украины и международного права.  

Что мы можем противопоставить России? Свою правоту, согласно нормам международного права, необходимость бороться всем миром з вопиющими нарушениями основополагающих принципов современного общежития независимых государств. Иначе пострадает не только безопасность и территориальная целостность Украины. Произойдет полная деградация современной системы мировой безопасности. 

В чем вы видите наибольший эффект от проведения саммита «Крымской платформы»? Сам факт проведения такого саммита, принятие итоговых документов? Или же что-то другое?

— Сам факт проведения саммита, принятие итоговых документов с подтверждением готовности к консолидации всех аспектов международной политики непризнания попытки аннексии Крыма с целью его деоккупации, безусловно важен — как мощный сигнал неизменной международной поддержки Украины в крымском вопросе. Однако саммит не менее важен и в организационном плане, поскольку он откроет новые механизмы координации международного сотрудничества по многим важным вопросам – от защиты демократических прав и свобод в оккупированном Крыму, противостояния его милитаризации – до качественного углубления и расширения международных санкций против Москвы.

Мы надеемся, что повышение эффективности международного сотрудничества в крымском вопросе является ключом к его освобождению. 

— Нет ли риска, что по отношению в Крыму будет применен «балтийский сценарий»? Ведь в прошлом столетии Запад (прежде всего, США) не признавали  Литву, Латвию и Эстонию «советскими республиками», но все равно поддерживали контакты с Кремлем и договаривались по широкому кругу вопросов.

— Да, такой риск есть. Однако, мы живем сейчас в совершенно другом мире, с другим пониманием взаимосвязанности процессов на международной арене, важности соблюдения основополагающих норм и принципов международной жизни для безопасности и благополучия всех и каждого в отдельности государства.

Активная позиция НАТО в поиске нейтрализаторов негативного влияния оккупации и милитаризации Крыма на региональную безопасность, активная санкционная политика ЕС, США и других международных партнеров, активная международная поддержка «Крымской платформы» дают нам надежду, что мы не повторим пути стран Балтии, и что процесс освобождения полуострова будет более стремительным.

Андрей Туз